В начале апреля ГУР Украины обвинило семерых российских археологов в работах на оккупированных территориях. Ранее в Варшаве по запросу Киева задержали археолога Александра Бутягина по делу о раскопках в аннексированном Крыму. Эти эпизоды, как отмечает собеседник «Новой-Европа», отражают более широкую проблему разрушения археологического наследия Украины во время войны.
По его словам, любые боевые действия, строительство траншей и укреплений наносят памятникам прямой ущерб. Даже одна воронка может уничтожить важные археологические данные, а глубокие линии обороны, подобные так называемой линии Суровикина, становятся катастрофой, если проходят через древние поселения или захоронения.
После российской оккупации Крыма и частей Донецкой и Луганской областей в 2014 году все официальные украинские проекты там остановились. С началом полномасштабного вторжения в 2022 году систематические исследования практически прекратились и на других прифронтовых территориях.
Собеседник говорит, что любые археологические работы на временно оккупированных территориях с точки зрения украинского законодательства считаются незаконными. В Луганской области с 2017 по 2022 год зафиксировали как минимум три крупные нелегальные экспедиции, а в оккупированной части Донецкой области масштабные раскопки связаны со строительством новой трассы из Ростова-на-Дону в Крым в обход Мариуполя.
С 2022 года, по его оценке, усилился и вывоз музейных коллекций. Он напомнил о перемещении собраний из Мелитополя, Мариуполя и Херсона, а также привел пример 37 предметов из заповедника «Каменная Могила», оказавшихся в музее Херсонеса в Севастополе.
«Даже одна воронка от снаряда может уничтожить ценные данные», — подчеркивает собеседник.
Мониторинг ущерба ведут по спутниковым снимкам, данным из открытых источников и материалам с беспилотников. Однако на деоккупированных территориях археологов прежде всего сдерживает разминирование: до очистки местности от мин и неразорвавшихся боеприпасов полноценные исследования невозможны. По мнению собеседника, системная защита наследия станет реальной только после прекращения боевых действий и восстановления верховенства права.