С 1 марта 2026 года в России начали действовать более жесткие нормы о «пропаганде наркотиков». Они предусматривают наказание вплоть до уголовного, а под нарушение может подпасть почти любая информация об употреблении запрещенных веществ. Формально исключение оставили для произведений, где такие упоминания признаны частью художественного замысла, однако критерии этого неясны; даже в таких случаях песням, фильмам и книгам требуется специальная маркировка.
Сильнее всего новые правила затронули русский хип-хоп. Как отмечает издание «Ветер», именно откровенный разговор о наркотиках долгое время был одной из ключевых черт жанра. Переломным моментом критики называют появление группы Centr в 2007 году. Алексей Гуф Долматов, Вадим Slim Мотылев и Давид Птаха Нуриев принесли в рэп разговор о зависимостях, уличном опыте и повседневности, а интернет и затем «ВКонтакте» помогли им добиться массовой популярности в обход радио и телевидения.
Собеседники издания говорят, что в конце 2000-х и 2010-х тема наркотиков стала для рэпа почти магистральной. Рэпер Замай связывает это с происхождением многих исполнителей из маргинализированной молодежной среды, а журналист Николай Редькин добавляет, что свою роль сыграли контркультурность жанра и влияние зарубежного хип-хопа. Позже, с приходом трэпа, в текстах стало еще больше упоминаний не только употребления, но и торговли веществами.
Теперь музыканты и дистрибьюторы вынуждены пересматривать каталоги. По словам главы Zvonko Digital Дмитрия Коннова, артистам предложили самостоятельно проводить экспертизу, в том числе старых релизов; для этого вместе с «Яндексом» подготовили решение на базе ИИ. При этом Коннов подчеркивает, что в индустрии пока нет практики, которая позволила бы уверенно судить о применении закона.
Реакция артистов различается. Одни выборочно переписывают строки: так, у АК-47 прежние формулировки заменены нейтральными или комическими. Другие используют мемы и заглушки: Слава КПСС вставил вместо упоминаний веществ крик «Роскомнадзор!». Третьи убирают релизы целиком. На российских площадках, как отмечается в материале, исчезли совместный альбом Басты и Гуфа 2010 года, а также релиз «Плакшери» Pharaoh и Boulevard Depo. При этом часть исполнителей, включая ATL и Хаски, отказалась менять тексты.
«Красная линия пересечена — компромиссов и умолчаний теперь больше, чем правды», — написал критик Даня Порнорэп в день вступления закона в силу.
По оценке Редькина, жанр может разделиться: часть артистов уйдет в подполье, часть усилит самоцензуру и начнет искать новый эзопов язык. Авторы материала считают, что закон уже меняет не только конкретные треки, но и сам способ существования массовой музыки в России.