Специальный антитеррористический суд в Найроби 26 февраля предъявил обвинение Фестусу Омвамбе, задержанному за несколько дней до этого на границе с Эфиопией. По данным кенийских спецслужб, которые цитирует Би-би-си, он обманом вербовал граждан страны для участия в войне против Украины на стороне России. Следствие считает доказанными 25 эпизодов, хотя речь может идти примерно о тысяче человек.
Как сообщил представитель полиции Майкл Мучири, людям обещали квалифицированную работу в России, в том числе в охране. После этого они получали туристические визы, вылетали в РФ и исчезали. Кенийские власти через посольство в Москве установили, что на фронте находятся не менее 89 кенийцев, еще 39 лечатся в госпиталях, а не менее 28 числятся пропавшими без вести.
Вернувшиеся из России кенийцы рассказали Associated Press, что после прибытия у них забирали паспорта и отправляли в тренировочные лагеря на срок от одной до трех недель, а затем перебрасывали на передовую. В отчете спецслужбы, на который ссылается Би-би-си, говорится и о возможном сговоре вербовщиков с сотрудниками аэропортов, иммиграционной службы и ряда госструктур. Обещанная оплата составляла около 2400 долларов плюс разовые бонусы в 6000–8000 долларов.
Дополнительный резонанс делу придали публикации правозащитных групп Vocal Africa и Bitter Winter. Они утверждают, что в подборе людей могли участвовать структуры Африканского экзархата РПЦ, созданного в конце 2021 года. По версии Bitter Winter, молодежи в Кении предлагали церковное обучение в России, однако часть приехавших затем лишалась документов и оказывалась под контролем военных.
«Или будешь воевать, или мы тебя убьем», — так, по словам кенийского спортсмена Эванса Кибета, ему сказали в российском военном лагере после прибытия в страну.
Посольство России в Кении отвергло сообщения о вербовке африканцев, назвав их пропагандой, но одновременно напомнило, что российское законодательство позволяет иностранцам участвовать в боевых действиях на стороне РФ. Авторы расследований считают, что история с кенийцами показывает, как церковные и гуманитарные каналы могут использоваться для решения задач, связанных с российским военным присутствием в Африке.