Протесты в Иране, начавшиеся 28 декабря 2025 года после резкого падения курса реала, быстро вышли за рамки экономического недовольства. По оценке ираниста Михаила Бородкина, сначала выступления подняли торговцы тегеранского базара, но уже через несколько дней к ним присоединилась молодежь и жители других городов, а лозунги сменились с социальных на политические.
Экономический фон, по его словам, крайне тяжелый: официальная инфляция составляет около 40% в год, а по отдельным товарам рост цен достигает 70-100%. На этом фоне решение властей ввести пособие в 10 миллионов реалов, что собеседник называет эквивалентом примерно семи долларов в месяц, лишь усилило раздражение. Дополнительный резонанс вызвали данные, опубликованные израильским МИД на фарси: иранским гражданам, как утверждается, выплачивают семь долларов, тогда как бойцам «Хизбаллы» - по 1800 долларов.
С вечера 8 января 2026 года в стране были отключены интернет, мобильная и стационарная связь. Несмотря на это, до полной блокады успели появиться видео, на которых, как утверждается, горят объект КСИР в Тегеране и здание телецентра в Исфахане. Сообщения о погибших, раненых и возможных отказах силовиков стрелять по демонстрантам Бородкин называет неподтвержденными из-за информационной изоляции.
«Единственное, о чем говорят сейчас протестующие, это: “Долой режим!”»
По мнению эксперта, это показывает глубину отчаяния, но одновременно указывает на слабость протестного движения: внутри страны пока нет единой структуры, способной предложить программу действий или взять на себя роль альтернативной власти. Наследник свергнутого шаха Реза Пехлеви, призвавший выходить на улицы 8 и 9 января и заявивший о готовности вернуться в Иран, пока скорее выступает символом перемен, чем готовым политическим центром.
Бородкин считает нынешнюю волну выступлений более острой, чем протесты 2022 года. Однако ее перспективы он оценивает сдержанно: без организации у протестующих и без раскола в верхах шансы на успех невелики, хотя даже жесткое подавление, по его мнению, не устранит причин нового взрыва недовольства.