Российские власти активно формируют на захваченных территориях Украины новый мемориальный ландшафт, в котором герои Второй мировой войны, Киевской Руси и участники «СВО» включаются в единую историческую схему. Как отмечает специально для «Новой газеты Европа» историк Юрий Латыш, такие проекты должны показать преемственность войн прошлого и настоящего и закрепить тезис о том, что эти земли якобы всегда принадлежали России.
2 ноября 2025 года в оккупированном Донецке на кладбище «Донецкое море» открыли мемориал «Памяти защитников Донбасса» с именами деятелей сепаратистских формирований, включая Михаила Толстых, Арсена Павлова, Владимира Жогу, Ольгу Качуру и Александра Захарченко. В тот же день в Волновахе установили скульптуру Жоги.
Днем ранее в Красном Луче после реконструкции открыли мемориал на реке Миус. Советский комплекс дополнили образами воина времен князя Игоря и бойца «СВО», триумфальной аркой и танком Т-72. На церемонии первый замглавы администрации президента РФ Сергей Кириенко заявил, что обновленный мемориал соединяет 1185, 1941–1943 и 2022–2025 годы как этапы общей истории Донбасса и России.
По оценке автора, именно идея «преемственности поколений защитников русской земли» стала стержнем российской политики памяти на оккупированных территориях.
Ключевую роль в этой работе играет Российское военно-историческое общество под руководством Владимира Мединского. Его отделения были созданы в «ДНР», «ЛНР», а затем в Херсонской и Запорожской областях. Общество курирует установку и реконструкцию памятников, а также проводит мероприятия, направленные на формирование российской идентичности и русификацию публичного пространства.
Среди наиболее показательных примеров автор называет восстановление мемориала Саур-Могила в 2022 году, обновление комплекса «Острая Могила» в Луганске в 2023-м и открытие 2 мая 2025 года в Мариуполе монумента «город воинской славы», где захват города в 2022 году назван «освобождением от нацистов». По наблюдению Латыша, даже памятники актерам, ученым и другим деятелям в Херсонской области используются как более мягкий способ символически привязать «новые регионы» к России.