16 сентября 2000 года сообщение о похищении Георгия Гонгадзе в центре Киева среди бела дня многие сначала встретили с недоверием. Не всем тогда казалось очевидным, что речь идет именно о политической расправе. Однако со временем стало ясно: этот человек действительно повлиял на ход событий в стране.
Близкие и друзья звали его Гией. Автор пишет, что сам Гонгадзе, вероятно, лишь высмеял бы слишком торжественные слова в свой адрес. К тридцати годам он уже многое успел в профессии: вел программы «Вікна-Плюс» и «Вікна-Новини», создал Центр журналистских расследований, а в 1999 году, накануне президентских выборов, выходил в эфир с авторской ежедневной программой «Первый тур с Георгием Гонгадзе» на оппозиционном радио «Континент».
Он также сотрудничал с партиями социалистического толка и нередко появлялся в телевизионных политических ток-шоу, где его темперамент и полемический дар были особенно заметны. По словам автора, к концу 1990-х такие эфиры становились все более зрелищными и острыми, и Гонгадзе в этой атмосфере чувствовал себя органично.
За пределами медийной среды о нем знали меньше. Георгий Гонгадзе родился в Тбилиси, был сыном режиссера-документалиста и одного из лидеров грузинского национально-демократического движения. После срочной службы в советской армии, в том числе в Афганистане, и после кровавого разгона массовых протестов в апреле 1989 года он примкнул к оппозиции и возглавил информационный отдел Народного фронта Грузии.
Уже осенью 1989 года, спасаясь от репрессий, он вместе с матерью, коренной львовянкой, уехал в Украину. Но с Грузией связи не порвал. В 1991 году он вернулся на родину, чтобы защитить честь отца, которого причислили к «врагам народа». Тогда его отец оказался среди повстанцев-антизвиадистов, противников президента Звиада Гамсахурдиа.
Перед отъездом Георгий сказал матери, что не станет воевать против грузин ни на одной из сторон гражданского конфликта, а будет санитаром и документатором событий. Он получил ранение, но избегал подробных рассказов об этом времени. То, что считал нужным сказать, осталось в его первом документальном фильме «Боль земли моей», монтаж которого он завершил уже во Львове. Украинским языком Гонгадзе владел безукоризненно и пользовался им не напоказ, в том числе в повседневной жизни.