В Ростове-на-Дону 63-летнего художника Виктора Кирмана и 46-летнего астролога Игоря Коломийца после нескольких месяцев так называемых «карусельных» административных арестов обвинили в госизмене. Подробности дела засекречены, однако, по данным «Медиазоны», обвинение связано с денежными переводами в Украину.
Кирман, уроженец Кировоградской области, много лет руководил художественной студией и преподавал детям. Его дочь Нэлли, также художница, живет в Украине. По ее словам, после начала полномасштабной войны отец перестал публично подчеркивать свое происхождение, отказался от части выставок, но продолжал работать до задержания 25 февраля 2026 года. В тот день силовики забрали его с подработки на ремонте квартиры и затем провели обыск дома.
На следующий день обыск прошел у Коломийца. Его девушка Оксана рассказала, что сотрудники изъяли технику без оставленного протокола. Сначала Пролетарский районный суд назначил астрологу 14 суток за мелкое хулиганство, а Октябрьский районный суд отправил Кирмана под арест на 10 суток по обвинению в неповиновении полиции. Затем, как пишет издание, оба мужчины один за другим получали новые сроки в Ростове, Аксайске, Новочеркасске и Чертковском районе.
Нэлли Кирман говорит, что во время редких звонков отец рассказывал об избиениях, пытках и требованиях подписать бумаги о переводах денег в Украину.
По версии ФСБ, Коломиец передавал украинским клиентам банковские реквизиты Нэлли Кирман, они перечисляли ей оплату за консультации, а затем эти средства якобы направлялись на финансирование ВСУ. В материалах дела роль Кирмана описана расплывчато: следствие утверждает, что переводы совершались по договоренности с ним или под его контролем, а часть денег он будто бы возвращал Коломийцу наличными.
Нэлли утверждает, что получает переводы за картины от разных людей, но не помнит платежей от клиентов Коломийца или от него самого. ФСБ также ссылается на связь ее мужа с организацией «Справедливость — наш выбор», поддерживающей ВСУ, и на публикации о выставках и волонтерской деятельности семьи. Новый адвокат Кирмана называет обвинение «шитым белыми нитками», а Оксана сомневается в версии следствия, подчеркивая, что у Коломийца не было средств, чтобы кого-либо финансировать.