Социолог, исследователь Лаборатории публичной социологии PS Lab Олег Журавлев в интервью «Новой газете Европа» рассказал, как, по его оценке, к концу четвертого года войны меняется отношение россиян к происходящему. По его словам, устойчивыми остаются лишь две сравнительно небольшие группы: по 10–15% убежденных сторонников и противников войны, тогда как большинство занимает промежуточную позицию и не имеет цельного взгляда.
Журавлев сослался на данные проекта «Хроники»: доля тех, кто хочет мира, выросла, а число сторонников продолжения войны сократилось. Одновременно снижается и заявляемая готовность участвовать в «спецоперации»: если в 2023 году так отвечали 57%, в 2024-м — 47%, то теперь — 37%. Социолог подчеркнул, что эти цифры не следует понимать как буквальную готовность идти на фронт; скорее, они показывают, что демонстративная лояльность перестает восприниматься как социальная норма.
Причиной такой динамики он назвал не только усталость от пропаганды, но и личный опыт: сведения от знакомых, прошедших войну, инфляцию, страх переноса боевых действий на российскую территорию. После событий в Курской области, отметил Журавлев, исследователи PS Lab не увидели там патриотического подъема. Напротив, люди, потерявшие дома, чаще объединяются по соседскому и локальному принципу, вспоминая утраченные места, а ответственность за случившееся возлагают прежде всего на местные власти, которым вменяют провал с укреплениями и помощью пострадавшим.
«Социальной нормой становится неучастие в войне, дистанция по отношению к вовлечению в нее», — сказал Журавлев.
По его наблюдению, образ украинцев у многих жителей приграничья не оформился как образ «нации-врага»: сильнее действует довоенная память о соседстве и личных связях. Одновременно почти 60% опрошенных, по данным «Хроник», хотели бы восстановления отношений с западными странами, хотя лишь около 30% верят, что это действительно произойдет. Вопрос о мире, считает социолог, становится все более осязаемым для общества, а часть россиян связывает надежду на окончание войны именно с Владимиром Путиным, полагая, что завершить ее способен только сильный лидер.